выключить дудлвключить дудл

Востребовано ли в Украине судебное красноречие? газета Комментарии, № 5 от 14.02.2014, Дмитрий Гадомский

Дмитрий Гадомский: Как только в украинском правосудии заработает институт присяжных, то и у адвоката, и у прокурора возникнет процессуальная…
    …необходимость обращаться к чувствам и эмоциям суда

Кульминационными моментами художественных фильмов, представляющих жанр юридической драмы, являются интеллектуальные схватки или состязания в ораторском искусстве между обвинителем и адвокатом. Так ли происходит в жизни? Об этом «k:» рассказал Дмитрий Гадомский, адвокат, партнер практики IT и медиаправа АО «Юскутум».

Какое место занимает красноречие в деятельности украинских служителей Фемиды?

Приходя в театральный зал с барочным убранством и превосходной акустикой, вы ожидаете, что и со сцены будет звучать культурная, хорошо поставленная речь актеров. В противном случае у вас, очевидно, возникнет когнитивный диссонанс. Именно так происходит в зале суда, где участники судебного процесса стоят в куртках и с сумками в руках. Ведь в зале украинского суда, оказывается, просто может не быть стульев, а сам он может представлять собой небольшую комнату, в которой едва помещаются трое судей. В таком «зале» диссонировать будет любая хорошо подготовленная и отрепетированная речь адвоката.

Но украинской судебной системе не только поэтому чужд такой атрибут устного судебного разбирательства, как красноречие обвинителя или защитника. Первая причина, по которой красноречивые выступления отсутствуют в судебных процессах, связана с их спецификой — суд обращает внимание, прежде всего, на письменные доказательства. Из показаний же свидетелей суд пытается установить фактические обстоятельства дела, а не их интерпретацию. Вторая причина — это избыток судебных дел, находящихся у одного судьи. Часто судья рассматривает за день 10–15, а то и больше дел. При этом на каждое дело отводится в среднем около 15 минут. Очевидно, что в такой ситуации судье не до риторики.

Получается, этот предмет студенты юридических факультетов изучают зря?

Нет. Как бы там ни было, адвокат все же обязан владеть приемами риторики. Конечно, в описанных реалиях нашей судебной системы длинное пафосное выступление адвоката с цитированием дигестов Юстиниана в оригинале будет выглядеть как минимум нелепым. Но еще хуже, если это выступление представляет собой сумбурную речь без внутренней логики. При этом не следует забывать о другом участнике судебного процесса — прокуроре. Если об отсутствии навыков риторики у адвокатов я говорю все же скорее преувеличенно, то о судебных речах прокуроров будет уже комплиментом сказать, что они «говорят».

Одним из принципов судопроизводства в Украине является состязательность, а значит, во время разбирательства чисто психологически неизбежны всплески эмоций. Вправе ли их воспринимать суд?

Суд, безусловно, воспринимает эмоции, и у него, вопреки расхожему мнению, есть чувства и совесть (хотя из этого правила доводилось видеть и исключения). Но судья или панель из трех или пяти судей порой не может пойти против существующей судебной практики и взять на себя ответственность принять решение, продиктованное не холодным анализом доказательств, а, например, внутренним чувством справедливости. Помочь судьям в этой ситуации призван суд присяжных. Поэтому, как только в украинском правосудии заработает институт присяжных, то и у адвоката, и у прокурора, возникнет процессуальная необходимость обращаться к чувствам и эмоциям суда.

Бытует мнение, что судебная ветвь власти не является в полной мере независимой. Считается, что судьи могут принимать решение не на основании доказательств в деле, а исходя из других обстоятельств, не предусмотренных процессуальным законодательством. Есть ли основания говорить о независимости присяжных?

Я все еще склонен верить в независимость присяжных от какой-либо ветви власти. Единственным способом повлиять на них является полномочие Государственной судебной администрации Украины подать представление о необходимости пересмотра списка присяжных. Какого-либо перечня оснований для таких действий не установлено. Существует лишь привязка к формулировке «в случае необходимости». Гарантии деятельности присяжных, их процессуальные права и обязанности установлены законом. Фактически присяжные приравнены к судьям и пользуются на время судебного расследования неприкосновенностью. Безусловно, тот факт, что согласно статье 391 Уголовно-процессуального кодекса Украины совещанием суда присяжных руководит председательствующий судья, может наталкивать на мысль о нивелировании института присяжных. Но согласно части второй той же статьи никто из состава суда присяжных не имеет права воздерживаться от голосования. Соответственно, невозможно каким-либо законным способом повлиять на присяжного, чтобы он не высказывал свое мнение по делу.

Стоит ли в этом случае ожидать, что судебные разбирательства с участием присяжных превратятся в зрелища наподобие тех, которые изображаются в юридических драмах и триллерах?

Институт присяжных делает в Украине только первые шаги. Поэтому не стоит рассчитывать, что уже вскоре наша судебная система «наработает» материал, который послужит сюжетом для захватывающих фильмов, похожих на «Несколько хороших парней» или «12 разгневанных мужчин». Пройдет много лет, прежде чем украинские киношники смогут найти в украинских судах реальные истории для своих игровых и документальных фильмов.

Беседовала НАТАЛЬЯ ДАВЫДЕНКО
№05 | 14 февраля 2014