выключить дудлвключить дудл

Антикоррупционные суды должны стать изюминкой судебной реформы. Ксения Проконова

Ксения ПроконоваЧто предлагается?

Как и любому другому государственному органу с чувством собственного достоинства, НАБУ нужен свой профильный суд. Сейчас его роль выполняет преимущественно Соломенский суд в связи с расположением. Предлагается создание Высшего антикоррупционного суда как первой инстанции и Антикоррупционной палаты Кассационного уголовного суда Верховного Суда Украины для пересмотра приговоров и определений, которыми было завершено рассмотрение дел по существу. Апелляционная палата при этом действует и в самом Высшем антикоррупционном суде. То есть в одном и том же суде как принимаются, так и обжалуются решения.

Кто же этот идеальный судья?

Гражданин Украины, не моложе 35, не старше 65, юрист хотя бы по образованию, компетентный, добросовестный и владеет украинским языком. Кроме этих качеств, необходимо соблюдение одного из условий:

– стаж судьи – 10 лет;

– научная степень в сфере права, научная работа в сфере права – 10 лет;

– адвокат – 10 лет;

– прокурор – 10 лет;

– совокупная работа судьей, прокурором и адвокатом – 10 лет.

Работа следователем в правоохранительных органах не дает возможности стать судьей Высшего антикоррупционного суда.

Особая роль в проверке кандидатов отведена Общественному совету добропорядочности. Именно он должен предоставить Конкурсной комиссии заключение о несоответствии кандидата должности судьи по критериям профессиональной этики или добропорядочности. Кроме этого заключения, предоставить информацию о кандидате может любой желающий. Решение Комиссии будет окончательным и не обжалуется.

Комиссия состоит из:

– 3 человек от Президента;

– 3 человек Верховной Рады;

– 3 человек от Министра юстиции.

Как видим, Комиссия состоит из людей, назначаемых только политическими субъектами. Высший совет правосудия отстраняется от формирования этого суда. Настораживает риторика авторов законопроекта «Об антикоррупционных судах» о том, что «Украине нужен хотя бы один независимый суд».

Вывод:

Очевидно, что кандидаты в судьи не возьмутся из идеального мира. Это будет преимущественно тот же кадровый резерв, что был доступен до сих пор. Если назвать суд антикоррупционным, автоматически искоренять коррупцию в обществе он не будет. Если мы обратимся к опыту других стран, то увидим, что подобные суды создаются в странах с высоким и средним уровнем коррупции. Сейчас их около 20. Если ориентироваться на рейтинги коррупции, то в странах с такими судами ситуация существенно не улучшилась. Это не означает, что суд плох, однако и не является определяющим в борьбе с этим социальным злом. Процесс создания антикоррупционных судов (набор людей не из системы, новые здания и т. п.) призван, скорее, удовлетворить спрос общества на что-то новое и модное, нежели искоренить коррупцию.

Юрист & Закон, 28.04.2017 – 11.05.2017, № 17