вимкнути дудлвключити дудл

У нашій країні закріплено зобов’язання держави компенсувати збиток від терактів, але норми носять декларативний характер, – Ольга Додух, старший юрист АО “Юскутум”, про вірогідність відшкодування збитку за постраждале майно в АТО. Юридична практика

Опубліковано мовою оригіналу

Лицо обратилось в районный суд г.Киева с иском к Министерству обороны Украины, Службе безопасности Украины, Министерству внутренних дел Украины о возмещении имущественного и морального вреда, ссылаясь на то, что является собственником жилого дома, который находится в г.Донецке, где в соответствии с Закона Украины «О борьбе с терроризмом» проводится антитеррористическая операция.

В результате артиллерийского обстрела возник пожар, в результате которого его дом сгорел. Ориентировочный размер ущерба составляет 3 млн грн.

Поскольку государство несет ответственность за вред, причиненный имуществу в результате взрыва военных боеприпасов в мирное время, и ущерб, причиненный в результате террористического акта, истец просил взыскать с ответчиков 3 млн грн имущественного ущерба, а также 197 316 грн морального вреда.

Решением районного суда г.Киева, оставленным без изменений апелляционным судом г.Киева, исковое заявление возвращено истцу; разъяснено ему право обращения в суд по месту нахождения недвижимого имущества, в отношении которого возник спор (с учетом распоряжения Председателя ВССУ об определении подсудности дел в связи с проведением АТО).

Коллегия судей ВССУ согласилась с таким выводом судов, поскольку он соответствует фактическим обстоятельствам дела и нормам процессуального закона.

Ольга Додух, старший юрист практики судебных споров и медиации АО «Юскутум», проанализировала для «Юридической практики» сложившуюся ситуацию с возмещением ущерба, причиненного военными боеприпасами в условиях необъявленного военного положения:

«Статья 19 Закона Украины «О борьбе с терроризмом» предусматривает, что возмещение вреда, причиненного гражданам террористическим актом, производится за счет средств государственного бюджета Украины согласно закону. Аналогичную норму содержит Европейская конвенция о возмещении вреда жертвам насильственных преступлений от 24 ноября 1983 года, определяя, что, если возмещение ущерба не может быть обеспечено из других источников, государство должно взять на себя эту обязанность, устанавливая необходимые пределы, условия и порядок выплаты. Можно также вспомнить и Модельный закон о противодействии терроризму от 3 декабря 2009 года, дублирующего эти положения в статье 24.

Из актов можно усмотреть, что в нашей стране закреплено обязательство государства компенсировать ущерб от терактов, но нормы носят декларативный характер. Механизм их реализации не установлен. Еще в 2014 году были подготовлены закон и проект Постановления Кабмина, определяющие размер и порядок компенсации жертвам АТО.

Однако до сих пор они находятся в стадии проектов. Поэтому защита в украинских судах права на компенсации пострадавшим во время АТО вряд ли будет иметь перспективы.
Практика Европейского суда по правам человека говорит об абсолютной ответственности государства, ее объективной природе, основанной на теории социального риска (решение от 8 января 2004 года, Айдер и другие против Турции). Государство может быть привлечено к ответственности для компенсации вреда тем, кто пострадал от действий неустановленных лиц или террористов, когда государство признает свою неспособность поддерживать общественный порядок и безопасность или защищать жизнь людей и собственность (п. 70 решения).

Европейский суд рекомендует, кроме прочего, рассмотреть вопрос о том, действительно ли государственные органы планировали и контролировали проведение операции таким образом, чтобы минимизировать, насколько это возможно, риски для жизни граждан (решение Европейского суда от 24 февраля 2005 года по жалобам Исаевой, Юсуповой и Базаевой против России с учетом позиции по делу Маккан против Великобритании). Эти принципы распространяются и на защиту имущества.

Реализация права граждан на компенсацию в общем порядке по ст. 1166 ГК Украины маловероятна, поскольку для применения данной нормы необходимо установить вину ответчика и причинно-следственную связь. В данной ситуации не представляется возможным получить документ, подтверждающий вину Кабинета министров, СБУ или Минобороны в причинении конкретного ущерба лицу.

Поэтому, пока на уровне закона не будет определен механизм реализации положений о компенсации государством ущерба, украинские граждане имеют очень мало шансов компенсацию. А Европейский суд, если определит, что имеет место нарушение Конвенций или Протоколов, может принять решение о справедливом удовлетворении требований».

За матеріалами Юридичної практики